Праздник Ризоположения связан с кануном возведения на престол Михаила Федоровича Романова.

В небольшом северном городе Северодвинске в течение нескольких месяцев прошлого года можно было наблюдать большие очереди в храм Святителя Николая Чудотворца. Стояли северяне, чтобы приложиться к кресту-мощевику, принадлежащему настоятелю протоиерею Константину Нецветаеву. Первым владельцем этого мощевика, как гласит надпись на нем, был святитель Алексий, митрополит Московский. В мощевике хранится бесценная реликвия – частица ризы Господней.

В 2007 президент В. В. Путин преподнес Святейшему Патриарху Алексию II ковчег с частицей ризы Господней, хранившийся ранее в Успенском соборе Кремля и утраченный в 1919 году. Эта великая святыня всего христианского мира попала в Россию при следующих обстоятельствах: персидский шах Аббас I подарил ее первому русскому царю Михаилу Федоровичу Романову в конце Смутного времени.

К шаху Аббасу частица ризы, а возможно, и вся риза попала из разгромленного им мцхетского патриаршего собора (Грузия). Шах вторгся в 1617 году в Грузию, и ее народ попросил защиты у русского царя. Россия, еще не оправившись от страшного Смутного времени, поставившего русскую нацию на грань уничтожения, все-таки не оставила единоверцев без помощи и обещала грузинскому народу защиту. Шах не захотел ссориться с Россией и отослал в знак своего расположения частицу ризы – золотой ковчег, а в нем «великаго и славнаго Христа срачица».

Как же риза Господня оказалась в Грузии?

Один из воинов, присутствовавших при распятии Господа нашего Иисуса Христа, был родом из Иверии (Грузии). Риза Господня – верхняя одежда – была предметом дележа между воинами, по пророческому слову царя Давида: «разделили ризы Мои и об одежде Моей метали жребий». Один из воинов был грузинского происхождения, вот этот-то жестокосердый наемник и принес в Грузию великую христианскую святыню.

После принятия Грузией христианства риза Господня оказалась в патриаршем мцхетском соборе Двенадцати апостолов, а уже оттуда была вывезена персами при захвате страны.

Первый русский царь Михаил Романов и Патриарх Филарет, его отец, торжественно встречали святыню в 1625 году. Ее, конечно, подвергли проверке, ибо «неверных слово без испытания во свидетельство не приемлем». Обследование ризы указывало на ее подлинность. Но Патриарх Филарет постановил: «Во всех монастырях держать семидневный пост и во всех храмах молить Господа Бога, чтобы Он явил Свою волю». Святыню с пением молебнов, в крестных ходах носили по городу и возлагали на больных. Было явлено 14 случаев исцелений за одну неделю. После этого частицу ризы поместили в Успенский собор Московского Кремля. Святыню оберегали даже от взоров чужеземцев, они могли смотреть на нее только издали.

Празднование принесения ризы Господней назвали праздником Ризоположения и отмечали его не в день, когда встречали святыню, а 10 июля (23 н. ст.) – в канун возведения на Российский престол первого русского царя – Михаила Федоровича Романова. Таким образом, принесение частицы ризы Господней ознаменовало конец Смутного времени и установление царской власти в России. Россия, как кровоточивая жена из Евангелия, коснулась края ризы Господней и исцелилась.

Щедрость русской души выразилась в том, что верховные церковная и светская власти делились дарованной святыней. От святыни отделяли еще более мелкие частицы, и таким образом части Ризы оказались и в Костроме, и в Санкт-Петербурге, и в других местах. Достигла она и Ярославля, где была преподнесена купцам братьям Скрипиным за их самоотверженную деятельность – содержание на свой счет ополчения Минина и Пожарского, когда оно стояло в Ярославле. Дети царской крови тоже были оделяемы частицами ризы. И некоторые благочестивые дворянские роды имели у себя частицы ризы Господней.

В семье Пушкиных эта святыня хранилась и передавалась из рода в род старшему сыну. Великий русский поэт, старший сын в своем поколении, выполнял каждый год семейный обет в день празднования памяти принесения святыни заказывал молебен. Он исполнял это неукоснительно, как вспоминала дочь Натальи Николаевны Пушкиной-Ланской, и завещал своему сыну также выполнять этот обет. След этой святыни затерялся после смерти внучки великого русского поэта в Ницце в 1942 году.

Основная святыня – ковчег с ризой Господней – пребывала в кремлевском Успенском соборе, вернее, один из ковчегов, так как, согласно описи 1701 года, их было уже пять. Ковчеги с частями ризы сохранялись в Петропавловском соборе Санкт-Петербурга и в Зимнем дворце.

Когда Петр I воевал со шведами, он повелел на месте встречи ризы Господней поставить церковь. Эту церковь построили в Москве и назвали Ризоположенской. Ковчег с ризой все также хранился в Успенском соборе Кремля. Из Кремля святыню перед сдачей Москвы в 1812 году увезли в Вологду, потом доставили на место, и она пребывала в Успенском соборе под специально устроенным шатром до 1919 года.

И вот очередной виток истории – новое Смутное время. В Кремле обосновалась новая власть. «Большевики хозяйничали беспощадно, систематически, беспощаднее, чем французы в 1812 году», – свидетельствовал в 1922 году корреспондент немецкой газеты «Берлинер Тагеблатт».

В 1919 году частицы ризы из Кремля пропали, хорошо еще, что остался стоять кремлевский Успенский собор. Пропали частицы ризы и из Санкт-Петербурга, и из Ярославля. Но все-таки одна частица ризы Господней пребывала в Москве. Храм Ризоположения в Москве оправдал свое название: в нем с 1951 года пребывает частица ризы Господней – дар Святейшему Патриарху Алексию I от Патриарха Александрийского.

Известный писатель Валерий Николаевич Лялин не так давно сокрушался: «Если у греков из-за унии с Римом ушла чудотворная икона, то у нас исчезли если не все, то большинство национальных святынь. Казанская икона Божией Матери исчезла еще перед революцией неизвестно куда из Казанского собора, Владимирская икона Божией Матери томится в музее, там же заключена и икона Святой Троицы преподобного Андрея Рублева. Курская-Коренная пребывает в Нью-Йорке, Иверская затерялась, Андрониковскую икону Божией Матери воры похитили из храма в Вышнем Волочке. Тихвинская Матушка, которая пришла в огненном столпе, во время войны скиталась по Латвии, Германии, США… Плачь, Русь, кайся!.. Где наши прославленные на всю Русь иконы? Их нет потому, что вера ушла из сердца народа».

Что же мы видим по прошествии не более десяти лет со времени написания этих строк? Тихвинская Матушка сияет на своем месте – в Тихвинском монастыре. Владимирская икона находится в храме при Третьяковской галерее и доступна для поклонения верующих.

Новописанная на Афоне Иверская икона прославилась чудесами.

Не так давно икона Курская-Коренная совершила 90-дневный визит в Россию. Счастливые российские граждане лобызали хранительницу русского зарубежья. Она вернулась в Нью-Йорк, но ведь и там живут православные. Факты говорят сами за себя.

Вот и еще национальные святыни восстали из небытия. В 2004 году в ярославском музее обрели частицу Ризы Господней, принадлежавшую уже упоминавшимся купцам братьям Скрипиным. Кремлевскую частицу Ризы Господней в ковчеге мы видели в руках Святейшего Патриарха Алексия II в канун празднования 90-летия восстановления Патриаршества в России.

Эти частицы, оказывается, так и хранились в фондах музеев под другими названиями. Таким способом сохранения национальных святынь пользовались неизвестные нам русские люди, рискуя, как минимум, потерять работу.

В 2006 году еще одну частицу ризы Господней обрели в городе Северодвинске Архангельской области в… самоваре, принадлежащем семье северодвинского священника протоиерея Константина Нецветаева. Достоянием гласности это необыкновенное событие стало только в начале 2008 года.

Но сначала немного о Северодвинске. Дата рождения города – 1939 год, первое название – Судострой, потом Молотовск, и лишь затем – Северо-двинск. Градообразующее предприятие – Севмашпредприятие, в народе именуемое просто: завод. Ни для кого не секрет (не так давно там побывали американцы), что это – одно из крупнейших предприятий некогда могучего военно-промышленного комплекса по производству подводных лодок, в том числе и атомных.

Город на болоте, выстроенный советским народом. Так или примерно так было написано в БСЭ, и так мы все думали много лет. И, как часто бывало, обманули сами себя.

На самом деле до Судостроя на месте нынешнего завода (Севмашпредприятия) был один из древнейших монастырей – Николо-Карельский. Его основатель – святой Евфимий Карельский, или Архангелогородский, – просвещал «корельских детей» Христовой верой. Первое упоминание о монастыре относится к XV веку, когда «пришедши мурманы войною 500 человек с моря в бусах и шняках и… повоевали корельский монастырь святаго Никола… Церковь сожгли, а христиан и чернецов посекли».

Но историки предполагают, что монастырь был основан в конце XIV века. После разгрома монастыря предками норвежцев он был возрожден. Возобновила обитель Марфа Борецкая – новгородская посадница, жена правителя вольного Новгорода. Ее двое сыновей, Антоний и Феликс Карельские (позже прославленные в лике преподобных), утонули в болотах возле монастыря и были похоронены в нем. Она «на помин их душ» сделала большие вклады. Это уже XV век.

Одно время порт во имя святителя Николая на острове Ягры, входящий в черту города Северодвинска, был единственным портом России, в который приплывали иностранные суда.

К 1917 году в монастыре было шесть монахов и один послушник, новая власть выгнала их из обители. Замечательные иконы и резной иконостас, а также уникальное деревянное шестибашенное ограждение монастыря исчезли безвозвратно под натиском переустроителей жизни. И скоро от монастыря осталось только здание церкви, в котором разместили цех завода. Еще сохранилась деревянная башня – въездные ворота монастыря, она стоит в музее-заповеднике Коломенское (Москва).

Позже на острове Ягры был концентрационный лагерь, о котором упоминает Солженицын в «Архипелаге ГУЛАГ». Этот северный край испил мученическую чашу века ХХ…

Вот, оказывается, какая история у «города на болоте». Ни одного храма в советское время в городе не было. Сейчас в Северодвинске несколько церквей.