Вспоминаю свои паломнические поездки на Святую Землю, в Иорданию, Турцию, Сирию и чувствую: давно назрела эта тема. Сколько раз было: заходишь в храм, перекрестишься, и руки тут же тянутся к фотоаппарату!

И себя я не раз за это мысленно упрекала, и попутчиков – тоже. Какой-то, можно даже сказать, лихорадочный поиск интересных кадров и ракурсов вытеснял подчас то главное, сокровенное, ради чего мы совершали паломничество по святым местам. Происходила явная подмена. Рождавшиеся в душе благоговейность, молитвенное состояние в тех уголках земли, которые исходили Своими стопами Спаситель и Пресвятая Богородица, где подвизались великие угодники Божии, растворялись в неуемном стремлении запечатлеть все вокруг.

Хочу рассказать о двух случаях, ставших для нас всех, членов паломнических групп, памятным уроком. Случай первый. Вот мы приехали на гору блаженств, или Нагорной проповеди. Здесь к Спасителю, избравшему из Своих учеников двенадцать апостолов, хлынула толпа народа – больные, бедные, страдающие люди, считавшие Его чудотворцем, способным покорить весь мир, устроить на земле царство и стать царем. И здесь, на горе, откуда открывался прекрасный вид на Галилейское море-озеро, Иисус Христос сказал собравшимся, что должны делать те, кто хочет войти в Его Царство Вечности и достичь такого блаженства, которое не похоже на земные радости. Его слова были обращены к людям всех веков, национальностей и возрастов: «Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное. Блаженны плачущие, ибо они утешатся. Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю…» (Мф. 5, 3–5).

Месяц декабрь. Дома, на Родине, морозы трещат, а здесь солнышко такое ласковое, такое буйство красок вокруг – цветы нежно-розовые и фиолетовые, сочно-зеленая трава и голубое-голубое небо. Так хочется сесть в укромном уголке, подальше от шумной толпы туристов, и мысленно поблагодарить Господа за то, что Он сподобил побывать в этом дивном месте! Вскоре мы нашли такой укромный уголок, и один из священнослужителей-паломников начал читать Евангелие от Матфея, где говорится о Нагорной проповеди, в которой Господь Иисус Христос высказал всю суть Своего учения. Но несколько человек – вот уж «рабы» фотокамер! – отделились от нас и стали бегать между высоченными пальмами и «щелкать» природу, видневшийся вдали францисканский храм, большую – человек в сто – колоритную группу туристов-негров в одинаковых серых бейсболках и в одинаковых пестреньких рубашках. Когда пыл угас и ретивые фотолюбители вернулись к нам, один из священников строго спросил: бегают ли они во время чтения Евангелия по тому храму, прихожанами которого являются? Больше подобных инцидентов у нас в той поездке не было…

А второй случай связан с моим последним паломничеством в Турцию, приуроченным ко дню памяти перенесения мощей святителя Николая Чудотворца из Мир Ликийских (теперь это турецкий город Демре) в итальянский город Бари. Многое довелось нам увидеть во время поездки по стране, во многих местах мы возносили соборную молитву, радуясь тому, что турецкие власти и Константинопольский Патриархат разрешили служить русскому архипастырю – архиепископу Екатеринбургскому и Верхотурскому Викентию с духовенством даже в тех местах, на руинах древних храмов, где богослужения веками не совершались.

О Божественной литургии на развалинах церкви в честь святого первоверховного апостола Павла, украшавшей когда-то античный город Пергия, я уже рассказывала в одном из выпусков «Паломника» в газете «Православная Москва». Служба совершалась в день памяти апостола и евангелиста Иоанна, названного Церковью Богословом за глубину возвещенных им миру Божественных откровений. Это была удивительная служба! И хотя нам пришлось стоять среди огромных островерхих камней и бамбуковых зарослей, а порывы ветра то и дело гасили зажженные свечи, но, как писал в середине прошлого века профессор, магистр богословия епископ Вениамин (Милов): «Переживание литургийных молитв и песнопений драгоценно тем, что открывает верующих к восприятию благодати Божией. Под благодатным влиянием сердца как-то невольно согреваются, смягчаются, делаются дружелюбнее».

Мы в полной мере чувствовали в те утренние часы благодать Божию и, конечно, дружеское расположение друг к другу. Москвичи, екатеринбуржцы, женщины из Тулы и Нижнего Новгорода – все сроднились, все едиными устами, на одном дыхании произносили слова Символа веры и затем – Господней молитвы «Отче наш»… В конце литургии владыка обратился к нам с проповедью. Он говорил о том, насколько понятие любви искажено в современном мире. Часто современные люди мыслят о любви греховной, не зная того или напрочь забыв, что истинная любовь – это, прежде всего, горячая любовь к Богу и жертвенная любовь к ближнему. Примером такой любви, сказал владыка, был апостол и евангелист Иоанн. Архиепископ Викентий вспомнил примечательный случай из жития святого, когда он, встретив одного красивого юношу, препоручил его пресвитеру Церкви с тем, чтобы тот заботился о молодом человеке – вел его духовно. Святой сказал, что спросит с пресвитера за душу этого юноши. Прошло время. Святой старец вернулся и спросил у пресвитера, где юноша, а в ответ услышал, что, соблазненный дьяволом, юноша совершил преступление и скрылся в пустыне, где стал предводителем разбойничьей банды.

Иоанн Богослов отправился в горы и намеренно попался в руки разбойников. Когда предводитель увидел, кого к нему привели его приспешники, то побежал в пустыню, чтобы скрыться от взора старца. Но седовласый старец пустился за ним, умоляя: «Остановись, еще есть надежда! Я сам буду предстоять пред Господом Иисусом Христом за тебя. Как Господь умер за меня, так я готов за тебя умереть. Сам Христос послал меня к тебе, чтобы ты вернулся».

– Слова, что святой произносил на бегу, достигли сердца разбойника. Молодой разбойник раскаялся и вернулся к христианской жизни, – заключил владыка и добавил: – Истинно православный человек должен заботиться не только о спасении своей души, но и о спасении душ своих ближних. А мы порою забываем обо всем на свете ради мирских удовольствий. Особенно во время отдыха многие забывают о молитве, не взывают к Господу, не просят Его даровать духовное и телесное здравие родным и близким и наставить на путь истинный заблудших. Но Господь видит нас везде – и в храме, и на курорте…

В эти минуты один из «рабов» фотокамеры (справедливости ради замечу: человек, искренне болеющий за создание фотолетописи паломничества екатеринбуржцев по святым местам Византии) легкомысленно развернул певчих спиной к проповедующему архипастырю и начал их фотографировать. Не повышая голоса, не выказывая возмущения, архиепископ Викентий тихо спросил (но его слова услышали все): «Надоело слушать? Что ж, я закончил. Подходите ко кресту». Испытывая чувство неловкости за нашего товарища, мы по очереди подходили ко кресту, и каждый из нас, наверное, думал о том, что нужно быть строже к себе – своим мыслям и действиям. Ведь действительно, Господь нас везде видит, а человек забывает об этом и продолжает суетиться – даже тогда, когда открывается возможность остро ощутить близость Творца, как это было во время богослужения в древней Пергии, когда сердце затрепетало от мысли, что мы служим на том самом месте, где люди слушали апостола Павла. Среди тех людей были язычники и иудеи, которые, исполнившись радости и Духа Святого, стали учениками апостола и его сподвижников, прибывших в Малую Азию с миссионерской целью.

Что же касается фотосъемок во время паломничества, то я по своему опыту знаю: как бы вам ни казалось, что вы не успеете снять на память те или иные святыни, не переживайте, не беспокойтесь! Приняв участие в богослужении, помолившись со всеми, вы увидите, что осталось время и для съемок. Это могут быть час, полчаса, а то и считанные минуты, за которые вы, окрыленные молитвой, сделаете незабываемые кадры. Вспоминаю, как в самом конце одного из наших паломничеств, возвращаясь в Иерусалим, мы по пути заехали в город Лидда. Близилась ночь, темнота наступала на землю, и мы волновались: удастся ли войти в храм Великомученика Георгия Победоносца, возведенный на месте его погребения? Храм уже был закрыт, но сотрудник церкви открыл его для русских богомольцев, сообщив, что внизу, в крипте, находится кенотаф (памятник на могиле, не содержащей останков покойного). И священнослужители оставили для паломников на его верхней крышке освященное масло. Мы спустились в крипту. Священник Игорь Выжанов совершил елеопомазание. Дальше надо было торопиться – время сильно поджимало. Однако мы упросили руководителя группы выделить нам пятнадцать минут. И тех пятнадцати минут хватило, чтобы сфотографировать крипту, «святые узы» – железные кандалы с цепью, в которых, по преданию Иерусалимской Церкви, святой был прикован в темнице перед казнью. Сфотографировали мы и потолок, расписанный изображениями святых, и с любовью украшенную живыми цветами икону с образом особо чтимого нашим народом великомученика Георгия.

Скажу, что так было везде, где удавалось не поддаться всеобщему ажиотажу, обычно сопровождающемуся ненужной торопливостью. Каждый раз Господь даровал за обращение к Нему, за открывшееся навстречу Ему сердце возможность запечатлеть все, что было особенно дорого, важно для меня и других паломников.

Н. Ставицкая, фото автора