Институт, который закончили Алексей и Наталия, отличался удивительной атмосферой духовности. Художественный руководитель курса, преподаватель по актерскому мастерству В. В. Тополага, как оказалось, готовила не только актеров, но и батюшек с матушками. И отец Алексий с матушкой Наталией – не единственное тому подтверждение. Воронежский камерный театр, куда они поступили на служение после института, – театр думающий, обращающий к людям вопросы о взаимоотношениях между людьми, о происходящем в мире. Интересуясь в то время восточными религиями, Алексей однажды подошел к сторожу театра, зная, что тот слывет в коллективе духовным человеком, и попросил дать ему какую-нибудь ссылку в Интернете о буддизме. А тот ему ответил: «Я не могу позволить себе дать вам это. Представьте себе, что в вашу руку я влагаю гранату, выдернув оттуда чеку. Это – то же самое, только еще опаснее и страшнее в духовном смысле. Вы живете в стране с тысячелетней историей Православия. А что вы знаете о нем?» Уже через неделю, на Крещение Господне, Алексей всю ночь простоял в храме. Его заинтересовала не только созерцательная часть, в какой-то момент он захотел стать участником богослужения.

Отец Алексий говорит: «У меня не было никаких потрясений, жизненных драм. Почему это произошло, одному Богу известно. Не вы Меня избрали, а Я вас избрал и поставил вас, чтобы вы шли и приносили плод (Ин. 15, 16). Алексей стал прихожанином Спасского храма, что в центре Воронежа. Когда пришел на свою первую исповедь, батюшка сказал: «Пока твоя совесть христианская позволяет тебе работать в театре, работай. А когда ты станешь вступать в конфликт со своей совестью, вот тогда надо подумать». В то время в районе, где жили Алексей и Наталия, поставили вагончик-храм. Однажды Алексей зашел в этот храм и остался в нем. Матушка настоятеля приметила Лешу и предложила ему стать чтецом.

В истории отца Алексия и матушки Наталии, как они считают сами, нет ничего особенного и удивительного. Удивительное было у них между собой. Алексей перешел в церковь на служение. Какое-то время доигрывал свои спектакли по контракту, не считая себя вправе бросить коллектив. Постепенно, сдавая свои роли новым артистам, освобождался в театре и проводил в храме все больше времени – читал, пел на клиросе, сторожил, с детками цемент таскал, когда заливали фундамент будущего храма. Настоятель храма отец Александр сказал Алексею, что готов принять его на работу. «А ты узнал, сколько ты будешь зарабатывать?» – спросила мужа Наталия. И это был совершенно нормальный вопрос, потому что к тому времени у них было уже двое детей. Но Алексею настолько хотелось работать в храме, что он этот вопрос даже не задал. И тут надо отдать должное терпению Наталии.

Алешин уход из театра все восприняли как что-то естественное – в театре он был не совсем театральным человеком, немного отрешенным от театра, и роли у него были своеобразные. А для Наталии решение уйти из театра было довольно мучительным, она ездила к старцу за советом, он ей сказал: «Если ты не можешь бросить все это, то делай во славу Божию». Для нее, актрисы, десять лет проработавшей в театре, было естественным, что ей предлагали роли, интервью. А когда она стала постоянно отказываться, большинство людей, не зная, как к этому относиться, просто прекратили с ней всякое общение. Да и самим Алексею и Наталии не хотелось ничего объяснять, потому что в их уходе из театра не было ничего удивительного. Алексей готовился стать батюшкой, а Наталии было непонятно, как она теперь должна выходить на сцену. Это было несопоставимо.

У Господа все так премудро – в тот болезненный момент, когда нужно было оставить театр, Наталия была беременна третьим ребенком, и это спасало ее от эмоциональных перепадов, самоедства, мучительных мыслей. Она просто запретила себе все это ради телесного и душевного здоровья будущего ребенка. В то время, когда она еще работала, в Москву отправили документы на присвоение ей звания заслуженной артистки России. А пригласили на вручение, когда Наталия уже не работала в театре. Она пришла, взяла удостоверение, подписанное Путиным, и заплакала.

Когда о тебе говорят, пишут, только Господь может дать силы вдруг все бросить. Только Господь может дать силы противостоять всеобщему материализму, стремлению к славе, богатству. Все могу в укреп-ляющем меня Иисусе Христе (Флп. 4, 13). Только с помощью Божией все прошло относительно спокойно. Хотя никто, кроме матушки Наталии и Господа, не знает, что происходило в ее душе.

Расставаться с театром было немножко грустно, они уходили в неизвестность, не было никаких гарантий, социальной защищенности. Без театра поначалу было психологически тяжело, театр снился.

Батюшку Алексия назначили руководителем епархиального отдела по культуре. Кроме этого, он автор и исполнитель духовных песен, участвует в фестивалях духовной музыки. Его выступление на сцене – это своего рода проповедь, живое обращение к людям. А матушка Наталия – из тех людей, которые радуются. Когда батюшка сомневается, ехать или не ехать на фестиваль или концерт, она его всегда отправляет. Конечно, поначалу, когда было и трудно, «и грустно, и некому руку подать», у матушки Наталии появлялись мысли вернуться в театр. Но она отмахивалась от них, полагая, что у нее есть все, что ей нужно и полезно.

Матушка Наталия не считает профессию актера греховной. Она говорит, что до сих пор любит театр. «Он может принести людям много полезного и доброго. Думаю, что хороший, талантливый театр, с интересными художниками, актерами, режиссерами, очень полезен, там душа отдыхает, в человеке раскрывается все самое лучшее. Будьте как дети (см.: Мф. 18, 3), сказал Господь, и среди артистов действительно много людей, которые как дети. Конечно, в этой профессии тоже есть грань, много опасностей, но не больше, чем в любой другой. Надо быть внимательным к себе. А вот то, что сейчас происходит в театре, в кино и на телевидении, – это варварство какое-то, в этом человек не может органично существовать. Лучше хлебушек есть с солью, чем иметь многое и быть в совершенном внутреннем раздрае».

У отца Алексия и матушки Наталии дел очень много. Батюшка по долгу службы много ездит: и в колонии, и в дома престарелых. Матушка занимается воскресной школой, постановками праздников, старшая дочка Настя тоже принимает в этом активное участие. Свои спектакли они показывают в детских домах, больницах. Но главным для матушки остаются дом и дети. Ей нравится создавать уют, делать что-то красивое, чтобы дома было тепло, чисто. Чтобы ребенок приходил домой и жил тут с ощущением чего-то простого, светлого и красивого. Чтобы он пронес это ощущение через всю свою жизнь. Матушка Наталия признается: «Сейчас я думаю, как мой дом не обрушился, когда мне некогда было им заниматься? Господь ведет человека своими путями, нас с батюшкой ведет, и деток наших Он тоже не оставит».